69 россиян вернулись домой, а судно осталось в Арктике: чем грозит спор вокруг «Профессора Молчанова»

Российское научно-исследовательское судно «Профессор Молчанов» было арестовано на Шпицбергене 2 сентября по решению районного суда Норд-Тромса и Сеньи.

С заявлением об обеспечительном аресте выступила украинская государственная компания «Нафтогаз». Она пытается исполнить арбитражное решение примерно на 4,22 млрд долларов без учёта процентов и расходов, вынесенное в связи с потерей компанией активов в Крыму.

После ареста судно обязали оставаться у причала в Баренцбурге до нового решения суда или губернатора Шпицбергена.

Пассажиры и экипаж оказались без своего судна

На борту находились российские граждане, которым предстояло возвращаться на материк тем же маршрутом.

8 сентября норвежские власти сообщили, что помогли 69 россиянам покинуть архипелаг. Они добрались через норвежский Киркенес до России.

Таким образом, появившийся сразу после ареста вопрос о длительном содержании пассажиров и членов экипажа фактически был снят. Судно при этом продолжило оставаться в Баренцбурге.

Россия заявила, что намерена обжаловать его арест. Москва назвала произошедшее нарушением международного права и заявила, что ограничения деятельности российских структур на Шпицбергене приобретают системный характер.

Норвежская сторона с такой трактовкой не согласна. В Осло подчёркивают, что арест произошёл в рамках гражданского исполнительного производства по заявлению «Нафтогаза», а норвежское правительство не является стороной этого судебного спора.

Почему «Профессор Молчанов» важен для российских посёлков

У судна есть не только научная функция.

С июня 2025 года «Профессор Молчанов» начал выполнять прямые грузопассажирские рейсы между Мурманском и российскими посёлками на Шпицбергене.

Во время рейсов судно доставляло в Баренцбург сотрудников предприятий, исследователей и членов семей работающих там россиян, а также продукты, строительные материалы и другие грузы для поддержания инфраструктуры.

Одновременно на маршруте перевозились туристы. Именно эта двойная функция теперь может иметь неожиданное юридическое значение: норвежское право особо защищает суда иностранных государств от взыскания, если они используются исключительно для государственных публичных задач.

Если же судно занимается коммерческой деятельностью, вопрос об иммунитете становится значительно сложнее.

Что на самом деле произошло со снабжением в 2022 году

Нынешний конфликт часто сравнивают с событиями 2022 года, когда Норвегия запретила российским автомобильным перевозчикам транспортировать грузы по своей территории.

Эти ограничения действительно затронули привычный маршрут снабжения Баренцбурга: российские грузовики перевозили контейнеры через погранпереход Стурскуг к норвежским портам, откуда грузы отправлялись на Шпицберген.

Однако говорить о полной продовольственной блокаде архипелага было бы неточно.

После возникшего спора два контейнера с товарами для Баренцбурга были перевезены по территории Норвегии местным перевозчиком и затем отправлены морем на Шпицберген. МИД Норвегии тогда отдельно заявлял, что целью санкций не является прекращение необходимых поставок российскому населённому пункту.

«Профессор Молчанов» начал выполнять прямые рейсы из России значительно позже — только летом 2025 года. Поэтому связывать запуск этого маршрута непосредственно с транспортным конфликтом 2022 года как с его немедленным решением некорректно.

Шпицберген снова становится зоной юридического конфликта

Особенность архипелага заключается в его необычном международном режиме.

Шпицбергенский трактат признаёт суверенитет Норвегии над архипелагом, одновременно предоставляя гражданам и компаниям стран-участниц равные возможности для хозяйственной деятельности.

Россия десятилетиями использует эти положения для поддержания поселений Баренцбург и Пирамида.

Москва теперь утверждает, что арест одного из судов, обслуживающих российское присутствие, противоречит духу и положениям договора.

Однако сам договор не запрещает применение норвежских законов. В его статье 3 право на деятельность прямо связано с соблюдением местного законодательства.

Поэтому итоговый юридический вопрос значительно уже политических заявлений: имела ли Норвегия право обратить взыскание именно на это государственное российское судно и не пользовалось ли оно иммунитетом.

Военный след пока доказать не удалось

На фоне обострения конкуренции в Арктике появились предположения, что ситуация вокруг Шпицбергена связана с интересами США и НАТО.

Действительно, западные страны в последние годы увеличивают военную активность на Крайнем Севере, а в 2026 году США участвовали в масштабных учениях в Норвегии, Гренландии и других районах Арктики.

Однако достоверных данных о том, что Вашингтон инициировал арест «Профессора Молчанова» либо решил превратить Шпицберген в новый американский военный плацдарм, нет.

Более того, статья 9 Шпицбергенского трактата запрещает создание на архипелаге военно-морских баз и укреплений и предусматривает ограничения на его использование в военных целях.

Поэтому связывать судебный иск «Нафтогаза» непосредственно с американскими военными планами без дополнительных доказательств было бы преждевременно.

При чём здесь Казахстан

Для Казахстана этот спор представляет интерес как пример того, как политические конфликты постепенно переходят в сферу собственности, международного арбитража и трансграничного исполнения судебных решений.

Казахстан также участвует в международной системе признания иностранных арбитражных решений и с 1996 года применяет Нью-Йоркскую конвенцию.

Для государства и бизнеса это важный практический принцип: наличие собственности за рубежом означает, что спор вокруг неё будет рассматриваться не только с позиции страны-собственника, но и по законодательству государства, на территории которого находится актив.

И история «Профессора Молчанова» показывает, что иногда решающим может стать даже такой, на первый взгляд, технический вопрос, как то, использовалось судно исключительно для государственных нужд или одновременно зарабатывало на коммерческих перевозках.